№ 107
07-11-03

КРЫСЫ ХОТЯТ ЖРАТЬ - 3
Арье Гивати: МАРИОНЕТКИ
Георгий Чарский: БЫЛЬ О ТОМ, КАК ЛЕВША БАКТЕРИЮ ПОДКОВАЛ
Влад Лашманов: ТЕАТР ОДНОГО АКТЁРА
А. Борянский: ИСТОРИЯ СИНЕМАТОГРАФА / ЦЕЛОГО ФИЛЬМА МАЛО


КРЫСЫ ХОТЯТ ЖРАТЬ - 3

Нет, уважаемый читатель, печатая 10 октября статью «Крысы хотят жрать», повествующую о «подвигах» на ниве «крышевания» проституток Одессы старшего оперуполномоченного КМДН Таировского отделения милиции Евгения Волкова, мы даже не подозревали, сколько покалеченных этим человеком людей обратятся в нашу редакцию.

Напомним, что в первой публикации речь шла о том, как Волков сотоварищи, вымогая у гражданки Чернобаевой (в прошлом женщины, занятой в секс-бизнесе) пять тысяч долларов, превратили ее в инвалида. После суток, проведенных в застенках Таировского отделения милиции, она была госпитализирована в нейрохирургию с диагнозом «черепно-мозговая травма», где и пребывает до сих пор — битье головой о стену, оно, знаете ли, просто так не проходит.
Во второй части (31 октября) речь шла уже о другой, но, как и Чернобаева, завязавшей с проституцией, женщине, у которой бравый опер отобрал паспорт и заставил «отрабатывать» свободу на засекреченной квартире. Это длилось несколько месяцев, и даже гражданский муж, между прочим, тоже милиционер, не знал, где она находится.
Казалось бы, уголовное дело в отношении Волкова было возбуждено на прошлой неделе — пора бы поставить в этой истории точку. Но кто ж знал, что в редакцию позвонит гражданин и скажет буквально следующее:
— Моя жена тоже пострадала от Волкова — он избил ее почти также, как говорилось в ваших статьях.
Вот, что рассказал этот гражданин по имени Николай при личной встрече.

СО СЛОВ ПОСТРАДАВШИХ...

2002 год, 7 августа. Николай с женой Инной спали в своей квартире. В дверь позвонили. Инна проснулась.
Вспоминая о том, что было дальше, Николай до сих пор кусает локти и не перестает задавать себе вопрос: «Ну почему не я тогда пошел открывать дверь?»
Подойдя к двери, полусонная и полураздетая Инна, естественно, поинтересовалась:
— Кто там?
— Служба газа, — ответил мужской голос.
Пришлось открывать.
А потом... Проснуться окончательно Николая заставил шум в коридоре. Почуяв что-то неладное, он выбежал из спальни и застал следующую картину: Инна без сознания лежит в луже крови, а трое незнакомых ему мужчин рыщут по его квартире. Естественно, он возмутился, за что тут же получил по голове рукояткой пистолета и, как водится в таких случаях, потерял сознание.

* * *

«Бандиты?! — мелькнуло в голове, когда он стал приходить в себя и обнаружил, что на этот раз на истекающей кровью жене уже надеты наручники. — Воры?!» Ан-нет — в разбитое лицо уткнулась «корочка», какие обычно бывают у сотрудников МВД. Фамилию Николай не успел разобрать, но то, что лицо с корочки принадлежит работнику милиции, понял.
Николай окончательно, насколько это вообще возможно в такой ситуации, пришел в сознание — тесный контакт с ним, можно сказать, был установлен, а посему от «предварительных ласк» оперативники быстро перешли к делу. А командовал и задавал вопросы милиционер, особо запомнившийся Николаю такой деталью как золотые зубы — абсолютно все, — плюс руки в татуировках.
— У нас есть информация, что в вашей квартире хранятся деньги, — заметил златозубый опер.
О да — ценная информация! Оперативная! Прозорливости милиционера можно было только позавидовать: это же какими сверхчеловеческими умственными способностями надо обладать, чтобы догадаться, что в квартире в принципе могут находиться деньги? Да и аргумент какой «железный» — «у вас есть деньги». Ни о санкции на обыск, ни о предъявлении обвинения речи, разумеется, не шло. Но... Спорить с ним и разглагольствовать на тему защиты прав человека было бесполезно, ведь в руке у опера поблескивал вороненой сталью доверенный государством табельный пистолет.
Затем правоохранитель добавил что-то вроде «если вы хотите жить и здравствовать, то должны отдать имеющиеся у вас деньги».
Николай не был оригинален в том, что хотел жить, поэтому и передал оперативникам сумму, которую уже несколько лет копил на машину. Довольные, они удалились, а вот жену Инну пришлось срочно госпитализировать. С сотрясением мозга, переломами нескольких ребер, синяками и ссадинами она месяц пролежала в больнице. Судмедэксперты охарактеризовали нанесенные ей побои как «телесные повреждения средней тяжести»...

* * *

Что же сделал Николай после произошедшего? Для начала испугался, ведь уходя, оперативники посоветовали ему не рыпаться: в милицию и прокуратуру не обращаться, а то... «А то ведь может случиться все, что угодно, — рассудил Николай, — наркотики могут подбросить, оружие. Да и жена после очередного визита «службы газа» может уже не выжить». В общем, он забрал Инну из больницы, в срочном порядке сменил квартиру, но, тем не менее, рискнул написать заявление в прокуратуру. И только потом, когда следователь прокуратуры показывал Николаю фотографии людей, которые по его описанию могли участвовать в разбойничьем налете на квартиру, на одном из снимков он узнал того самого милиционера с золотыми зубами, махавшего корочкой, — старшего оперуполномоченного Таировского отделения милиции Евгения Волкова. На него указали и несколько свидетелей, проходившие по делу. Однако... Дело это — не первое, надо заметить, и не последнее в биографии Волкова — было закрыто прокуратурой Жовтневого района.

ГОД В СТРАХЕ

Почему, вернее, из-за каких таких контр-аргументов, как правило имеющих денежный эквивалент с большим количеством нулей, у нас закрывают дела — тема отдельного разговора. Давайте пока остановимся на других вопросах. Почему Волков пришел за деньгами именно к Николаю и Инне? В чем, наконец, состояла их вина? Вот, например, вымогая деньги у Чернобаевой, он обвинял ее в «державнiй зрадi». Правда, только на словах.
В данном же случае, супруга Николая действительно была виновна. Но в чем? А лишь в том, что родилась... в городе Александрии. Кто не в курсе, большая часть проституток приезжает в Одессу из области или из соседних областей, в частности, из города с красивым названием Александрия (ну, так почему-то складывается).
Легче всего было бы сказать: ага, Инна тоже бывшая проститутка, калечить и шантажировать которых — фирменный конек Волкова. Так ведь нет! Все гораздо прозаичнее.
Инна никогда не занималась проституцией. Зато любила трепаться по телефону с землячками. Это ведь только ей повезло: замужем, не работает, живет, ни в чем себе не отказывая. Тогда как ее землячки в основном — пятьдесят на пятьдесят: половина торгует на базаре, а другая половина занимается проституцией.
Так вот однажды, во время очередного разговора с подружкой детства, Инна имела неосторожность взболтнуть, что они с мужем мечтают обзавестись машиной, и им уже удалось скопить на ее покупку аж треть суммы. Нетрудно догадаться, что этой самой подружкой детства оказалась не просто проститутка, а подопечная Волкова. Кстати, это именно она находилась на «отработке» свободы вместе с гражданской женой милиционера, которую Волков, предварительно забрав документы, «определил на базу» — квартиру, куда свозились «провинившиеся» девочки, желающие покончить с прошлым (смотри №42 (106) за 31 октября). Но это так, совпадение.
В общем, чтоб хоть на время освободиться от придирок Волкова и оказаться вновь у него в фаворе, подружка сказала ему, что знает адрес и людей, у которых можно разжиться деньгами. Этими людьми оказались Николай и Инна.

* * *

Постепенно клубок распутывался, но легче от этого не становилось: Инна боялась оставаться одна, Николай боялся за нее. И как бы пафосно это ни звучало, но, по признанию супругов, чуть легче им вздохнулось только 31 октября, когда они прочитали в нашей газете, что прокуратурой Киевского района было возбуждено уголовное дело в отношении Волкова по статье 364 УК Украины — злоупотребление служебным положением.
Муж и жена надеются, что закрытое в 2002 году дело, может, и не возобновится, но хотя бы поможет восстановить некоторые факты из послужного списка Волкова — то есть справедливость.

* * *

Очень хочется спросить: а кто следующий? Какая очередная жертва старшего оперуполномоченного Волкова еще придет в редакцию? А то, признаться, надоело уже копаться в подмоченном белье некоторых одесских правоохранителей — так читатель и в излишней чернухе обвинить нас может. Прости, читатель, но что поделать, если и жизнь у нас, и милиция такие — похлеще сериального сюжета будут.
А еще хочется узнать, например, у непосредственного начальства Волкова, как, каким образом и кто доверил ему работу в криминальной милиции по делам несовершеннолетних? А эту должность он занимал параллельно с «крышеванием» проституток. Возглавлял рейды по выявлению старушек, приторговывающих, чтобы не сдохнуть с голоду, эротическими журналами (около года назад руководство Таировской милиции очень просило нас «осветить» доблестного передовика и пополнителя статистики раскрываемости, его, его самого), а в обеденный перерыв занимался своим любимым делом — шантажом и превращением женщин в инвалидов. И все это на протяжении нескольких лет...
Вряд ли на этот вопрос нам кто-нибудь ответит. И очень не хотелось бы, правда, очень, чтобы завтра нам опять позвонили и сказали: «Волков покалечил еще одну женщину». Но если это случится, если человек снова попросит помощи, мы не сможем отказать ему, а поэтому вполне возможно, что ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...


 
МАРИОНЕТКИ


Ющенко ВикторКак сказал в свое время Владимир Путин, «бывших сотрудников КГБ не бывает». Сегодня уже вполне ясно, что спецслужбы, пережив «ледниковый период» первичного накопления капитала, вышли на политическую арену, стремясь реанимировать почившую империю. То есть взять реванш у своих заокеанских коллег, благополучно оную империю разваливших. С точки зрения «классической демократии» это безусловно плохо, ибо речь идет о реакции византийско-ордынской бюрократии на «ельцинскую революцию». С другой стороны, судя по всему, только она, эта всеми проклятая бюрократия, и способна хоть сколько-то эффективно управлять социально неразвитым, лишенным даже спор гражданского сознания, обществом. К тому же искусственность разрозненного, а порою и враждебного существования неразрывно связанных друг с другом осколков СССР стала за последние годы вполне очевидна. Так что попытка укрепления разорванных связей — неизбежна, иное дело, будет ли она удачной.

Что такое хорошо

Чтобы понять, на какие силы могут рассчитывать новые «собиратели Руси», полезно вспомнить, что в свое время едва ли не важнейшим направлением их деятельности была именно разработка националистических тенденций в «братских республиках». Для вящей эффективности выявления антидержавных настроений эти самые настроения аккуратно разжигались агентурой, а поддавшиеся зову свободомыслия граждане попадали «под косу». Несколько позже, когда кризис советской системы стал очевиден, именно «кадрам на местах» системы госбезопасности было доверено возглавить возникающие на глазах «национально-просветительные» организации, по мере приближения краха плавно превращавшиеся в «национально-освободительные». Еще позже, когда СССР рухнул окончательно, а партийные кланы начали делить оставшуюся без хозяина собственность, поводок был слегка ослаблен.
«Национальный вопрос» — штука опасная и легко управляемая. Зыбкая грань между национализмом, отражающим нормальное чувство коллективного достоинства, и национал-экстремизмом, стремящимся самоутвердиться любой ценой и за чужой счет, может быть стерта мгновенно — были бы предпосылки. А национально озабоченный охлос, как показывает история, — страшное оружие в руках всевозможных «государственных деятелей» и авантюристов всех мастей. Что касается Украины (а именно о ней мы и будем говорить), то она неумолимо приближается к президентским выборам, на которых «самому реальному претенденту», как льстиво называют Ющенко его сторонники, практически нечего предложить согражданам. Не считая, конечно, «веймарских» настроений и последующего переворота.
Естественно, под националистическими лозунгами.
Эту карту давно и обстоятельно разыгрывает и не успевшая к разделу пирога часть украинской олигархии, спонсируя идеологов, «разъясняющих» населению, что взвешенная политика официального Киева есть «угнетение титульной нации». В ход идет все допустимое и недопустимое в приличном обществе. Тут и пещерный антисемитизм, и тупо-неоригинальная ненависть к Америке (хоть Ющенко и пользуется там «особыми» симпатиями), и извечные претензии к «проклятым москалям». Не так давно, впрочем, в российских сетевых агентствах мелькнула совершенно неординарная мысль. Не так-де страшен черт, как его малюют, ибо, «по некоторым данным», среди ближайших соратников украинского «мессии» есть немало преданных России и идее славянского единства людей, с помощью которых «российские спецслужбы способны отстоять свои интересы в самом сердце окружения Виктора Ющенко». И практически сразу вслед за этими довольно странными пассажами грянул скандал. Не то чтобы очень серьезный, но крайне показательный.

Люди тьмы

В республиках СНГ агентура спецслужб без особых затруднений оседлала процесс становления «национальной государственности». Уже не просто достоянием гласности, но и предметом изучения в специальных вузах стали «закавказские двухходовки», когда агенты КГБ (Эльчибей в Азербайджане, Гамсахурдиа в Грузии), работавшие под прикрытием, смещали не связанных с «органами» партийцев «горбачевского призыва», после чего власть перехватывали генералы ГБ — под овации населения, напуганного разгулом показательного «экстремизма». Многое известно и о событиях начала 90-х в странах Балтии, где активными и плодотворно работавшими агентами КГБ были виднейшие лидеры независимой Литвы — К.Прунскене и Г.Вагнорюс.
Украина, однако, столь деликатных разоблачений избежала. То есть разговоры о «руке Москвы» велись вовсю, но конкретные имена не всплывали, а компромат на высокопоставленных чиновников, как правило, сводился к относительно безобидным вещам, типа невинной коррупции. Тем более удивительным оказалось недавнее появление в Сети документа, датированного 1973 годом — письма неких деятелей культуры с осуждением в адрес своих коллег, якобы проявляющих «антигосударственный национализм». Бывшие советские люди хорошо помнят: формально без такого документа (по традиции, заведенной еще Сталиным) не начинались уголовные дела, и такие письма доверялось подписывать далеко не всем представителям интеллигенции, а лишь избранным.
И фигуранты, и подписанты — люди известные.
«Отщепенцы» — видные представители национально ориентированной интеллигенции, выступавшей за расширение суверенитета Украины в составе Союза, а некоторые даже и за независимость. Одни из них, пройдя лагеря и тюрьмы, стали впоследствии активными строителями суверенной Украины, другие (как, скажем, Василь Стус) погибли в заключении, сделавшись священными символами независимости.
«Негодующие» — все трое — талантливые литераторы, считавшиеся в те времена «образцовыми представителями украинского советского народа», а позже, обернувшись пламенными идеологами украинской независимости, стоявшие у истоков знаменитого «Народного Руха в поддержку перестройки» (ныне просто Народный Рух). Известность на поприще политики стяжали все, но один из троих — Владимир Яворивский — особо. Он — экс-председатель Демократической партии Украины, глава Национального союза писателей Украины, народный депутат, член «национально-демократической» фракции «Наша Украина» и советник её лидера Виктора Ющенко. Был народным депутатом СССР, активно участвовал в знаменитом Первом съезде, с трибуны которого клеймил «угнетение украинской нации». Один из основателей Руха, глава его оргкомитета, пламенный последователь тех, кого клеймил в приведенном письме, и, между прочим, ярый противник придания русскому языку официального статуса на территории Украины. В общем, можно констатировать, что за тридцать лет взгляды пана Яворивского претерпели серьезные изменения.
Метаморфоза эта не так уж необычна — в конце концов, с началом перестройки и особенно исчезновением с карты мира СССР у многих «открылись глаза», — если бы не еще один документ, появившийся в Интернете примерно одновременно с упомянутым письмом. Это досье на В. А. Яворивского — сотрудника резерва КГБ аж с 1970-го (агентурный псевдоним «Тридоля»), в самом начале горбачевской перестройки «законсервированного» в среде украинских националистов с перспективой дальнейшего использования в надлежащее время.

Виктор меняет вектор

Детали прошлой жизни г-на Яворивского, при всей сенсационности, не Бог весть какая новость. Влияние сей персоны на политические процессы давно сведено к нулю; партии, в которых сей литератор подвизался, можно считать отработанным материалом (в кругу г-на Ющенко его и других трибунов образца 90-х любовно именуют «раритетами»). Так что кто бы ни организовал слив пикантной информации, цели он при этом преследовал более конкретные, нежели изобличение отдельно взятого негодяя. А уж подозревать неведомого разоблачителя в бескорыстии так же наивно, как пресловутого майора Николая Мельниченко, номинального автора нашумевшего «кучмагейта», — в чрезмерном патриотизме. Такие документы не «сливают» зря. Но, с другой стороны, и палить из пушек по полудохлому воробью ни к чему. Значит, «раскрывая» г-на Яворивского, инициаторы скандала делали ясный и недвусмысленный намек кому-то другому, значительно более влиятельному в кругах киевской «непримиримой оппозиции».
Подобные методы, применяемые США в рамках операций по «укреплению демократии в Восточной Европе», описал не так давно известный американский политолог Джекоб Миллер, автор нашумевшей книги «The People in Black: start per new century» («Люди в черном: старт в новое столетие»). По его мнению, за истекшие десять лет был достигнут ряд очевидных успехов (победы В.Адамкуса на выборах в Литве и В.Фрейербеги в Латвии; знаменитая «сербская двухходовка», итогом которой стала замена С.Милошевича сперва «умеренно контролируемым» Коштуницей, а затем и «вполне прогнозируемой» командой Джинджича), но были и явные неудачи (серия провалов, направленных на дестабилизацию авторитарного режима в Белоруссии). Однако же, касаясь ситуации в Украине, автор гораздо более сдержан. Указывая, что «описанные процессы пребывают там в стадии развития», он уточняет лишь, что «интересы ЦРУ были ограничены интересами госдепартамента, в силу чего стратегические цели США в этом регионе на сегодняшний день не достигнуты».
Выступая две недели назад на семинаре в Институте Восточной Европы и СНГ д-р Миллер, в целом избегая отвечать на вопросы об Украине («не стоит говорить о том, что не завершилось»), подтвердил тем не менее, что госдепартамент «в свое время сделал ставку на поощрение амбиций Виктора Ющенко». Не стал отрицать эксперт и «достаточно деликатную роль», исполняемую при украинском политике его второй супругой, бывшей кадровой сотрудницей аналитического отдела госдепа Кэтрин Чумаченко, однако признал, что весьма удивлен, сколь малы оказались результаты «столь перспективной операции».
Недоумение понятное. Серия политических кризисов, спровоцированных «национал-демократами» в 2000-2002 годах, так и не вылилась в чаемый результат. Президент Кучма, чья политика балансирования между Западом и Востоком не устраивает многих как в Брюсселе и Вашингтоне, так и в Москве, не только сохранил пост, но и существенно укрепил свои, казалось бы, пошатнувшиеся позиции. При этом, полагает д-р Миллер, главной причиной неудач «процесса демократизации» Украины стала «трудно объяснимая» нерешительность, проявляемая г-ном Ющенко в моменты обострения кризиса, когда, согласно сценарию, ему надлежало «заявлять о принятии на себя всей полноты власти». Такое поведение «едва ли может быть объяснено личными качествами этого лидера».

Откуда дровишки?

Итак, главным препятствием на пути реализации планов Запада в отношении Украины, как это ни парадоксально, из раза в раз становился именно тот политик, на которого Запад «ставил». Такая на первый взгляд абсурдная ситуация тем не менее становится несколько прозрачнее, если вспомнить всплывшие в российской прессе несколько лет назад (и быстро сошедшие на нет) намеки на принадлежность г-на Ющенко к действующему резерву КГБ (в одном из изданий мелькнул тогда даже агентурный псевдоним — «Щелепа»).
Соответствует ли данная информация истине, трудно сказать. Но если соответствует, то становится намного понятнее стремительный взлет еще лет десять назад никому не известного экономиста, сравнимый разве что с карьерным рывком другого талантливого провинциала — Владимира Жириновского (слепленного спецслужбами из ничего с целью, как красиво сказал однажды экс-председатель КГБ Леонид Шебаршин, «перевода массового недовольства в управляемое русло»). Больше того, гораздо объяснимее оказывается и тот факт, что в ближнем кругу потенциального кандидата в следующие президенты Украины, как выясняется, пребывают и фигуры, имеющие непосредственное отношение к ведомству «железного Феликса».
Иными словами, крайне высока вероятность того, что основным адресатом «мемуара» о прошлом г-на Яворивского является именно г-н Ющенко. Человеку прозрачно дают понять: следующим объектом разоблачения может стать он сам, поскольку его политическая пассивность начинает раздражать руководство. И что интереснее всего, г-н Ющенко, похоже, правильно воспринимает намеки. Доселе подчеркнуто толерантный, старающийся не связывать свое имя ни с какими «обострениями», он в последнее время изменил и риторику, и практику, лично участвуя в уличных противостояниях (как во Львове) и даже организации политических провокаций (как совсем недавно в Донецке), а в поддерживающей его (и жестко им контролируемой) прессе появились отчетливо антисемитские материалы.
Кто из потенциальных кукловодов дернул за ниточку, покажет не столь уж отдаленное время. Вполне возможно, кураторы из-за океана, вложившие в «проект Ющенко» слишком много сил, чтобы сейчас, всего лишь за год до выборов искать замену оказавшемуся неожиданно ненадежным агенту. Документов из архивов КГБ у них вполне достаточно (в конце 1991 года, в краткое председательство Бакатина, раздобыть папочки с грифом «Сов. секретно» было очень легко), а двойное клеймо «гэбиста» и «антисемита», безусловно, угробит любую карьеру. Но не исключено, что за ниточку дергали люди с Лубянки, «играющие» раскол украинского общества по региональному признаку (чем агрессивнее ведет себя запад, полностью сориентированный на «мессию», тем острее становится неприятие этой фигуры на востоке и юге страны).
Чтобы расставить все точки над «i», достаточно внимательно проследить за реакцией украинской оппозиции на публикацию «письма трех». Если былые властители дум будут сурово осуждены, значит, новый ошейник прочнее старого, и «Наша Украина» взяла курс на завоевание власти любой ценой. Вплоть до гражданской войны. Если же засвеченный агент будет взят под защиту, а инцидент объявят «очередной российской инсинуацией», тогда, видимо, Кремлю нечего бояться прихода к власти «мессии украинских националистов».
Все это, разумеется, лишь версия.
Но версия, легко проверяемая временем — и не столь уж отдаленным.

Арье ГИВАТИ


 
БЫЛЬ о ТОМ, как ЛЕВША БАКТЕРИЮ ПОДКОВАЛ

Оказывается, чтобы досыта накормить себя и державу, крестянину можно не пахать. Даже нужно: сдать плуг на металлолом и перестать тратиться на мешки с селитрой и гербицидами. А ещё можно печь вкусный белый хлеб из «отходов», которые привычно отдают свиньям — чистых отрубей.
Об этих чудесах говорилось на пресс-конференции, посвящённой 10-летию Южного научно-технического центра по апробации и внедрению новой техники и технологий (ЮНТЦ).

ДАЙТЕ МИКРОБАМ РАБОТАТЬ!

ЮНТЦ, базирующийся неподалёку от Одессы, в посёлке НАТИ — последний из подобных себе в Украине. Остальные четыре тихо вымерли без бюджетной поддерж-ки. А наши — взяли в аренду в отсталом безводном селе Поташенково тыщу гектаров пашни и балуются с биотехнологией, получая небывалые урожаи на зависть местным жителям, всё норовящим с учебного поля стащить наливную помидорку или арбузик.

Суть чудодейственного метода (изобретённого, разумеется, японцами) в том, что землю вспахивают очень нежно — на 5-10 сантиметров, не глубже. Стебли и прочий растительный хлам оставляют на поле, которое подкармливают препаратом из 86 (!) видов бактерий. Они пожирают остатки соломы и дают сельхозкультурам всё, что им надо, плюс разогревают почву. В итоге экологически здоровая еда вызревает быстрее и обильнее (до 100 центнеров злаков с гектара, при том, что в этом году на обычных полях собирали по семь-восемь). Можно снимать по два урожая в год. Можно на гривню затрат получать 90 гривень отдачи — так уже было в колхозе «Перемога» Ивановского района. При этом никаких удобрений, микробы работают «за идею».

Вроде бы фантастика, но всё же... Сегодня, когда истощённой почве удобрения — как мёртвому припарка, а большую часть человечества нечем кормить, биотехнологии благоволит и ООН, и Министерство аграрной политики Украины (с евойным приказом № 256). Но в полной мере сей стандарт прижился лишь в северной Корее, где товарищу Ким Чен Иру вдруг надоели голодоморы. Теперь корейцы-коммунисты сыто резвятся, грозя кулачками Америке.

Конкурентность у в общем-то равноправных методик землепашества примерно та же, что у портного дяди Изи и концерна «Адидас». Крупнейшие поставщики удобрений и ядохимикатов заразили потребителя бактериофобией, а биотехнологам по-доброму советуют не соваться дальше мелкого частника. Не то «будут проблемы».
Вот одесские дачники да фермеры с подачи ЮНТЦ и начали поливать свои сотки бактериями. Соблазнившись теми процентами, что вы видите на рисунке. И теперь гражданин Ковальчук из Марьяновки Овидиопольского района собирает с одного куста по 3 ведра помидоров, а за дешёвыми экологически чистыми овощами с полей ЮНТЦ приезжают из далёкой Голландии. Кто-то собирается даже выращивать розы на острове Змеином.

Оценили микробный концентрат и городские жители хрущёвок, которые чистят оным завонявшиеся коллекторы совмещённых санузлов. Бактерии сжирают всю грязь. А некоторые из организовавших пресс-конференцию учёных мужей сами не брезгуют тяпнуть рюмочку препарата для прочистки собственных «труб».

На сегодня проблема биотехнологов видится не только в агрохимической «контрреволюции». Чтобы перестать пахать и косить солому, нужны особые, «деликатные» бороны и жатки — не те, что клепают на ЗОРе. Пока это дефицит, но какие-то фанаты в Винницкой области уже научились их делать.

НЕ МЕЧИТЕ ПИРОЖКИ ПЕРЕД СВИНЬЯМИ!

Вот такие пироги из отрубейОднажды мой коллега Борянский признался, что писать о сельском хозяйстве скучно, не то что пирожки уплетать. Что ж, настал час примирения забав, ибо вторым актом встречи с «левшами» было именно уплетание пирожков. А их испекли из того, чем обычно угощают братьев наших меньших, из которых делают начинку.

Некто Владимир Кушниров, инженер-металлург из Кременчуга, рождённый в голодном 1932-м, придумал, как накормить народ в неурожай. Он сочинил машину, которая из тонны отрубей «выжимает» ещё килограммов двести вполне съедобной муки. По крайней мере, пирожки из оной ничем не уступали «высшему сорту», а белка в них было даже больше. Такая мука лишь на 5 процентов дороже отрубей по себестоимости, однако сей продукт, увы, не сертифицирован. На крупных мельницах им заняться не хотят, считая сие невыгодным второсортным делом. Такие дела...

* * *
Думаю, что с биотехнологией и отрубной мукой в Украине будет примерно так же, как и с модной ныне соей. Пятилетками ходили по Отечеству пророки в стареньких пиджачках, и с бесконечной верой в будущее живописали командирам агропрома об изумительности соевых бобов, кормя коллег и журналистов диковинными харчами.
А потом эта соя как-то сама собой пришла на страницы журналов — не скучных научных, а тех, где девушки на обложках и кроссворд. А рядом — уверенно глядящий в будущее сэр в новеньком пиджаке: «Вот тебе, народ, мясозаменитель! Вся Европа это кушает». Заработали импортные линии, затоварились гастрономы, а наши дядечки в очёчках пристроились сбоку — то ли консультируют, то ли снова о чём то мечтают.

Георгий ЧАРСКИЙ


 
ТЕАТР ОДНОГО АКТЁРА


«Короля играет свита» — так называлась наша статья, посвященная визиту Ющенко в Одессу (ВЧ №40 17.10.2003). Писали мы там о том, как непрофессионально подготовили местные штабисты из блока «НУ» программу визита, да и саму «встречу мессии с народом».

Но — Одесса есть Одесса, жители нашего интернационального города толерантно относятся к любым личностям, партиям, мнениям, больше всего беспокоят их собственные дела, а в них они привыкли полагаться, прежде всего, на самих себя. И приезд к нам «нашего украинца» не вызвал у одесситов ни прилива энтузиазма, ни чувства протеста, большинство отнеслось к визиту безразлично, в местах же, где Ющенко являл свой ясный лик «массам» (например, на встрече КВН), отношение к нему было довольно доброжелательным. Каковым, впрочем, обычно проявляется оно и к любому иному нашему гостю (театральный яйцебол-любитель оказался киевским студентом-двоечником).
На «форуме» в Одесском театре оперетты кто-то из свиты «мессии» выказал со сцены претензии к городским и областным властям, почему это они вдруг не организовали ещё в аэропорту пышную встречу лидера блока и торжественно (с гаишниками, мигалками, перекрытием улиц) не препроводили кортеж иномарок с нардепами в центр города.
Дабы, видимо, не повторять ошибок одесских коллег, в Донецке встреча с высоким гостем прошла на соответствующем уровне. В столице Донбасса в послед-ний день октября, аккурат накануне Хелловина, должен был состояться съезд блока «Нашей Украины».
Почему слёт решили провести именно в Донецке — в городе, где «нашистов» и прочих руховцев, мягко говоря, на дух не переносят, и почему именно накануне праздника нечистой силы — спросить нужно у «политтехнологов», «имиджмейкеров» и прочих «нудистов»-пи-пи-арщиков. Конечно, одна Донецкая область даёт на выборах голосов больше, нежели вся Галичина (которую и агитировать за «НУ» не надо), но думать-то надо было не только о том, что можно благодаря визиту приобрести, а и о том — что можно из-за него потерять (впрочем, с математическим принципом минимакса тамошние «стратеги», наверно, не знакомы). А потерял в результате вояжа в шахтёрский край Ющенко не только местные гипотетические голоса, но и часть всеукраинского электората — в результате резонанса от демонстрации проявлений «народной любви» к «самому популярному политику».
Как проходила «встреча» — я наблюдал в программе «Без комментариев» донецкого спутникового канала ТРК «Украина» (этот, больше известный своими футбольными трансляциями, канал ныне входит в пакеты, кажется, всех одесских операторов кабельной сети). Мне, признаться, неловко пересказывать увиденное — жаль, честно, было и бедного Виктора Андреевича, и сопровождающих его депутатов (некоторые из них, впрочем, не растерялись и сбили кувалдой висячий замок на грузовых воротах аэропорта — через пассажирские они выйти не рискнули, ибо там бушевало людское море).
Толпа встречающих скандировала «Ганьба!» и «Геть!» — единственные знакомые им лозунги на державной мове, упорно популяризируемые последние годы «национальной» оппозицией. Все ж почти транспаранты были написаны на «языке «нацменьшинства», на котором говорит и думает большинство населения страны, и многие их них призывали сделать русский язык государственным. Не обошлось и без каламбуров компьютерной эры: «НАМ НЕ НУЖНЫ юЩЕНКИ!», — держали в руках, вероятно, любители «чатов». (Молодёжи, замечу, среди встречающих было довольно много — видно, им не терпелось встретиться в тот день с «нечистой силой». Не столь «продвинутые» взрослые, вместо того, чтобы приберечь кабак для ночи «Хелловин», преподнесли в аэропорту Виктору Андреичу «гарбуза».)
Растроганные столь тёплым приёмом «народные депутаты» поспешно сели в поджидавший их у дверей, служащих для приёмки груза, автобус, и тот, по проложенному в толпе живому коридору из сотрудников СБУ, «Альфы» и милиции, смог направиться из аэропорта в центр города. Сопровождали его, натурально, машины ГАИ с мигалками (которых так не хватало некоторым в Одессе!).
Ещё большая толпа, под теми же «флагами и знамёнами», ждала «нашистов» у Дворца «Юность», в зале которого должен был проходить з’їзд. И — после незапланированного «протокольного визита» в обладминистрацию, «делегаты» отбыли восвояси. Съезд был перенесен на «более позднее время».
Место «встречи», думаю, теперь тоже придётся изменить. Как, думаю, после донецкого стратегического прокола грядут перемены и в штабе блока («кардиналы», видать, там серые не только в кавычках). Относительно же «игры» — Виктор Андреевич сказал, что «режиссёр — в Киеве, и имя его известно». Если согласиться с Шекспиром по поводу «мира-театра», то следует признать, что массовка, обычно «безмолвствующий народ», сыграла в Донецке гораздо лучше, нежели профессиональная «свита».

P.S. Во вторник «оппозиционеры» сорвали пленарное заседание Верховной Рады, на котором, согласно регламенту, должны были приниматься законы, и в тот день, в частности, должен был решаться вопрос о возвращении клиентам Сбербанка потерянных 2 января 1992 года вкладов.
«Народные депутаты» из фракций «Наша Украина», БЮТ, СПУ и КПУ блокировали трибуну, предлагая, как первочередной, срочный и главный, включить в повестку дня вопрос о приёме, точнее, неприятии Ющенко сотоварищи жителями Донецка. А народ, вкладчики, могут и подождать — действительно, ждали же почти двенадцать лет, не умерли (разве что несколько миллионов). А тут — такие дела! Очередная предвыборная кампания, даже ещё официально не начавшись, под угрозой срыва! За что, спрашивается, боролись?!
Умилила в этой связи реакция на реакцию рабочего Донбасса на приезд к ним «нашистов» наших славных коммунистов. Забыли, что ли, они, как пару лет назад «западенцы» забросали их тухлыми яйцами и гнилыми помидорами во Львове? Или они сознательно хотят потерять свой и без того тающий в силу, увы, естественных причин, усугубленных «незалежностью», электорат?
Прошли слухи, что «нудисты» снова хотят наступить на те же грабли — всё-таки провести свой з’їзд в Донецке. В принципе — имеют право, и правоохранительные органы, думаю, сделают всё, чтобы делегаты попали в зал той же «Юности» или какой другой. Да и самолёт с народными депутатами можно посадить подальше от народа — на военный аэропорт, а затем транспортировать их броне-транспортёрами. Но вот протестующая толпа вокруг их «места встречи» будет, уверен, гораздо больше. Неужели «штабисты» блока настолько бездарные, или они сознательно хотят подставить своего одинокого лидера?

Влад ЛАШМАНОВ


 
ИСТОРИЯ СИНЕМАТОГРАФА: ЦЕЛОГО ФИЛЬМА МАЛО


Авторское кино как идея началось с премьеры «Расемона» в Венеции в 1951 году. Уже через 10 лет мастерам стало не хватать пространства одной ленты. Они принялись развивать любимую мысль в циклах. Так появились трилогия веры Бергмана, тетралогия Антониони, средневековая трилогия Пазолини, имперская трилогия Висконти... Боевая дилогия Куросавы, долларовая трилогия Леоне...
Это принципиально противоположно голливудскому сиквелу: там снимается продолжение полюбившейся зрителям, а значит, коммерчески удачной истории. Даже если продолжение не было задумано изначально, рынок заставит его появиться на свет.
В авторской цепочке связность достигается не теми же героями, а той же художественной задачей. Сюжеты и образы похожи, но чаще всего не пересекаются впрямую. Здесь всё на более тонком уровне.


Трилогия веры Бергмана (Швеция):
«Как в зеркале» (1961), «Причастие» (1962), «Молчание» (1963)

Холодный скандинавский рассудок ищет Бога, не находит его ни в отблесках стальной глади моря, ни в старых стенах второго этажа ветхого деревянного дома — и теряет себя. Впрочем, сумасшествие предопределено. Его можно избежать, только если Бог откликнется. Море и стены молчат, поэтому носительницу несчастного потерянного разума забирают в больницу.
Такова суть первого фильма «Как в зеркале». Кроме того, «каждый в своей клетке», то есть, опять же, если Бог не откликнется, всем персонажам будет плохо. Всевышний молчит. Персонажей всего четверо, пространство одно и то же — чистый театр, и довольно камерный.
Смотреть скучновато. Слишком умозрительно оно всё. Предыдущие работы шведа «Седьмая печать», «Девичий источник», «Земляничная поляна» вовлекали сильнее. Однако американцы прониклись и дали «Оскар», таким образом два года подряд (1960 и 1961) лучшим иностранным кино признавались фильмы Бергмана.
«Причастие» о том же самом. Не зря это трилогия, именно трилогия, хотя и состоит вроде бы из отдельных картин. Бог продолжает молчать, даже когда к нему взывает священник. Пространство вновь ограничено, почти всё действие происходит в церкви, актеры те же. Единственный выход на воздух, к реальной жизни — это самоубийство посетителя (Макс фон Сюдов).
Бергман достигает крайнего пессимизма, когда трагическая смерть выглядит избавлением от этого сонного кошмара пустоты и одиночества.
В начале XVIII века верующий протестант Даниэль Дефо написал книгу о возвышающем человека одиночестве — «Робинзон Крузо». Во второй половине XX века сын пастора Ингмар Бергман показал мучительное одиночество среди людей под сенью церкви. Разница в том, что сын пастора, с детства наблюдая за отцом, потерял веру.
Тому, кто знает одухотворяющее одиночество, глядеть на эти терзания неинтересно. Атеист же, скорей всего, предпочтет развлекательное искусство. Для кого в таком случае «трилогия безверия»? Для слабых духом, которые ищут Бога не в себе и даже не в небе, а в бюрократическом учреждении — христианской церкви? Так еще Лев Толстой продемонстрировал, что она собой представляет, и не только написанными текстами, но и с помощью самих церковников — своим отлучением, не отмененным до сих пор. А уж православная она, католическая или протестантская — в XVIII веке имело смысл разбираться, нынче — никакого. Отличия внешние: в православной — можно любоваться позолотой, в протестантской — послушать орган, в католической — поглазеть на римского папу.
Бога следует искать не здесь.
Завершается трилогия «Молчанием». Принцип — собрать группу людей, которые друг друга не любят, а терпят, и тем не менее живут вместе — полностью владычествует еще полтора часа экранного времени. Раздражение насыщает воздух ядовитыми испарениями. Здесь уже и Бога никто не ищет. Тягость существования наваливается с первого же долгого, неприятного кадра — и не отпускает.
Смерть больше не возвышается над героями Бергмана, невольно возвышая их души. Без Бога человек есть сосуд, наполненный безнадежностью.

Тетралогия Микеланджело Антониони (Италия):
«Приключение» (1959), «Ночь» (1961), «Затмение» (1962),
«Красная пустыня» (1964)

Могу ошибаться, но, мне кажется, Микеланджело Антониони — единственный режиссер, чьи фильмы выигрывали на всех трех крупнейших кинофестивалях: Канн, Венеция, Берлин. Правда, в отличие от Феллини, Куросавы или Бергмана, у него нет ни одного «Оскара». Конечно, призы — вещь относительная. Но характерная. Такой расклад довольно точно описывает стиль Антониони: он, пожалуй, самый элитный из больших мастеров. В его кино настолько мало сюжета и так много пауз, многозначительных умолчаний, что происходящее на экране превращается в медитативную картинку. «Оскар», ориентированный на широкого потребителя, ничего не мог выделить для Антониони. Зато фестивали возлюбили его всем сердцем.
Но не сразу.
«Приключение», хоть и получило второстепенный приз в Канне, было принято крайне неоднозначно. Фаворитом программы 1960 года на Лазурном берегу с отрывом значилась «Сладкая жизнь» Феллини, он и увез в Италию «Золотую пальмовую ветвь». В Каннах в тот год радовались «Девичьему источнику» Бергмана, чухраевской «Балладе о солдате»; Антониони же у большей части публики вызвал недоумение.
Между тем, «Сладкая жизнь» и «Приключение» во многом схожи. Они неторопливы, наследуют неореализму — итальянцы все-таки, и вызывают у зрителя ощущение пустоты ежедневного существования имущих классов. У Феллини тоска по сгинувшему смыслу непреодолима. Антониони предлагает пустоту заполнить. Собственно, ничего он словами предлагать не умеет, да и рецептов нет, но Антониони показывает Монику Витти.
Четыре фильма, снятые в течение пяти лет, недаром давно и единодушно названы тетралогией.
Тема Антониони: нюансы попыток заполнить «красную пустыню». Даже названия фильмов складываются в некий логический ряд: инициация приключением, затем сгущение безысходности в образе ночи, далее затмение чувств и, наконец, красная пустыня. Как ни странно, прогресс: в четвертой части человек способен хоть увидеть ясно, что вокруг него. Ночь и затмение миновали. Ты находишься не в центре и не на обочине — в случайной точке мира, душа которого выжжена цивилизацией.
«Ночь» совершенней «Приключения», своя антониониевская эстетика доведена здесь до чистоты. Даже тупой, если сразу не выключит видео или не уйдет из зала, поймет, что «Ночь» надо не смотреть, а наблюдать. Марчелло Мастроянни, Жанна Моро и Моника Витти не собираются что-либо делать в кадре, они в кадре живут.
Я долго не понимал значение умного слова экзистенциализм. Всего лишь — существование. Экзистенциальная драма — это попытка с ним примириться.
Мастроянни, конечно, использует самого себя из «Сладкой жизни» и становится образцом европейского интеллектуала 60-х годов. Моника Витти, теперь брюнетка, а не блондинка из «Приключения», оживляет почти мертвую пару Моро-Мастроянни и снова заполняет пустоту. Самый завораживающий эпизод — когда она гасит свет ногой и ее темный силуэт остается в комнате наедине со своим изяществом. Возможно, это ключ к пониманию «Ночи».
Я много слышал от старых кинофилов о том, как красива Моника Витти в «Затмении». Странно... По-моему, ничего подобного! Почему-то именно в «Затмении» она понравилась мне куда меньше.
Вообще, если понимать Антониони примитивно: тетралогия о том, что женщина одухотворенней мужчины, и пока мужчина занят суетой — деньгами, биржей, славой, сменой партнерш, — всё это время женщина ищет смысл и пробует мужчину к свету из его хаоса хоть чуть-чуть подтянуть.
Опять странно... Я всегда полагал наоборот. Видимо, я не женщина. Антониони, правда, тоже не был женщиной.
В черно-белом кино Моника Витти могла быть блондинкой или брюнеткой. «Красная пустыня» снята в цвете, единственная из четырех, поэтому здесь Моника Витти приобрела слегка рыжеватый оттенок. И еще она сошла с ума.
Сумасшествие главной сквозной героини всей тетралогии — это невозможность соглашения с заводами, красноватым дымом, бесконечными металлоконструкциями, нефтяной пленкой и прочими дарами прогресса. Но это и конец исканий.
1+1=1
Вот формула Антониони, которую выводит маленький мальчик в завершающей эту цепь «Красной пустыне».
Каждое звено тетралогии имеет собственные награды.
«Приключение» — один из второстепенных призов Каннского фестиваля.
«Ночь» — главный приз Берлина «Золотой медведь».
«Затмение» — гран-при Канн, второй по значению приз.
«Красная пустыня» — главный приз Венеции «Золотой лев Святого Марка».

Дилогия о Цубаки Санзюро (Япония):
«Телохранитель» (1961), «Санзюро» (1962)

Это не два отдельных фильма, а именно дилогия, причем странноватая. Вторая часть «Санзюро» чуть ли не пародирует первую. После философской притчи, социальной драмы, осмысления истории, постановки Шекспира, развлекаловки в жанре «кэнгэку», Акира Куросава снял чистейший боевик, вестерн в Японии. Револьвер у бандита, противостоящего самураю, напоминает о вестерне и тут же указывает разрушительную в духовном смысле роль огнестрельного оружия по сравнению с традиционным мечом.
В «Телохранителе» Тосиро Мифунэ (он и есть Цубаки Санзюро) на развилке дорог подбрасывает вверх палку, чтобы, упав, она указала, куда идти. Ему ничего не нужно, кроме действия, такой загадочный герой. В деревне, которую посредством деревяшки избирает случай, для него уже готовы большие неприятности, видимо, ради них он и бродит по свету. Я когда-то в детстве мимоходом увидел последние двадцать минут «Телохранителя», тогда я не знал его названия, не знал, что это Куросава, но образ самурая, почти побежденного, ползущего под полом, отпечатался в чувствах, оказывается, этого самурая я всегда помнил. «Телохранитель» хоть и боевик, но серьезный боевик.
«Санзюро» несколько удивляет легкостью решения задач. Пока не приходит в голову: тю, да он же сам над собой слегка издевается. Он повторяет формулу первого фильма, но весело. И привыкаешь, и воспринимаешь с усмешкой... Тут и выстреливает Куросава нежданной финальной сценой: ненужным поединком двух самураев, молниеносной победой героя, которой герой не хотел, и гениальной фразой: «Дама была права: лучшие мечи лежат в ножнах». Истинным «лучшим мечом» оказывается не Санзюро, а управляющий с лошадиной мордой. «Лучший меч» — это не герой боевика, обреченный уничтожить всех врагов, а тот, чей дух силен, но справляется с миром без применения силы.
Настоящий мастер — тот, кто умеет избежать убийства.
Управляющий скорбит, что его враги казнены, он собирался обойтись без насилия, если бы не поспешность его племянника.
За роль Санзюро в «Телохранителе» Мифунэ получил приз как лучший актер Венецианского фестиваля. Если лучшим в Венеции (!) становится актер из боевика... то это какой-то очень непростой должен быть боевик!
«Телохранитель» породил не менее великолепное подражание: «За пригоршню долларов» Серджио Леоне. Тосиро Мифунэ с самурайским мечом замещал Клинт Иствуд известно с чем.
Учитывая, что «Семь самураев» вызвали к жизни американский римейк-вестерн «Великолепная семерка» (катастрофически уступающий оригиналу), а «Трое негодяев в скрытой крепости» побудили Джорджа Лукаса к «Звездным войнам», Куросаву можно назвать отцом важнейших символов западного кассового кино.

Александр БОРЯНСКИЙ